Кроссворд-кафе Кроссворд-кафе
Главная
Классические кроссворды
Сканворды
Тематические кроссворды
Календарь
Биографии
Статьи о людях
Афоризмы
Новости о людях
Библиотека
Отзывы о людях
Историческая мозаика
Наши проекты
Юмор
Энциклопедии и словари
Поиск
Рассылка
Сегодня родились
Реклама
Web-мастерам
Генератор паролей

Самое популярное

Интересно

Четыре мира вокруг Женевы
Горнолыжные курорты Японии

Портрет художника - основателя рода Кончаловских


Биография Кончаловского
Отзывы
Новости
Бубновый валет
Биографии художников
Российские художники
Рыбы (по знаку зодиака)
Знаменитые люди по имени Пётр

Добавить отзыв о человеке

Петр Петрович выставил за дверь Маяковского со словами: «Футуристам здесь места нет!»


Известный живописец Петр Петрович Кончаловский родился на украинской земле. Его картины хранятся в Донецком областном художественном музее, а в городском Славянском находятся еще две, подаренные сыном художника Михаилом. С правнучкой Кончаловского Ольгой Семеновой нас сводила судьба несколько раз, а потом на страницах "Киевского телеграфа" было опубликовано интервью о популярном писателе и отце Ольги — Юлиане Семенове. На одной из наших встреч Ольга Юлиановна поделилась со мной воспоминаниями о Петре Петровиче Кончаловском, которые бережно передаются из поколения в поколение. В этих письмах из семейного архива запечатлен общий портрет художника, который "нарисовали" чернильными строчками сам Петр Петрович и близкие ему люди.


От родных пенатов — в Москву


Поскольку истоки мастера — здесь, на его малой родине, стоит узнать, что известно о Кончаловском у нас в Донецке. Директор областного художественного музея Галина Чумак показывает мне красочный каталог музейных собраний русской и украинской живописи XVIII — начала XX века, который издан в 2003 году. В этой книге мы находим запись: "Петр Петрович Кончаловский. Родился в 1876 году в Славянске Харьковской губернии (ныне Донецкая область) в семье известного переводчика и издателя, умер в Москве в 1956 году. Живописец, акварелист, рисовальщик, портретист, пейзажист, жанрист, автор натюрмортов. Работал в области театрально-декорационной живописи. Учился в рисовальной школе М. Д. Раевской-Ивановой в Харькове, вечерних классах Строгановского училища в Москве, в Академии Р. Жюльена, в ВХУ в Петербурге. Жил и работал в Москве. Посетил европейские страны, выезжал на север России, в Новгород, Крым, на Кавказ. Преподавал в ГСХМ. Участник выставок "Бубновый валет" (один из основателей объединения), "Золотое руно", "Союз молодежи", "Мир искусства", "Бытие" и других. Действительный член АХ СССР, народный художник РСФСР, лауреат Сталинской премии 1943 года, награжден орденом Трудового Красного Знамени и медалями. За 60 творческих лет Кончаловский создал около двух тысяч полотен, оставил большое графическое наследие. В областном художественном музее хранятся пять его живописных работ и две — графика".

Однако вернемся к правнучке художника. Я прошу Ольгу рассказать о родственных связях с Петром Петровичем. "Прадедушка был женат на Ольге Васильевне — дочери художника Сурикова, — поясняет моя собеседница. — Их дочь Наталья — моя бабушка. В браке с Алексеем Богдановым (сыном московского купца 1-й гильдии) она родила дочь Катю (мою маму, которую впоследствии удочерил Сергей Михалков). Меня назвали Ольгой в честь прабабушки. Об удивительной жизни прадедушки и прабабушки я узнавала из разных источников: воспоминаний моей бабушки Натальи Кончаловской, из книг, писем, маминых рассказов. Все это постепенно складывалось в красочную, полную неожиданностей живую картину, где комичное переплеталось с трагичным, а навернувшиеся на глаза слезы внезапно сменялись веселым смехом".

Для соблюдения хронологической последовательности сначала обратимся к автобиографии художника: "Я родился в 1876 году в Славянске. До пятилетнего возраста жил в имении моих родителей Сватово Старобельского уезда Харьковской губернии. Мои родители были участниками революционного движения 80-х годов, и отец был арестован и сослан в Холмогоры Архангельской губернии, а имение наше было конфисковано. После ссылки отца семья наша поселилась в Харькове, где мы прожили до конца 80-х годов. Рисовать я начал рано, и еще будучи в первом классе Харьковской 3-й гимназии, посещал школу живописи Раевской. По переезде в Москву в 1889 году я поступил в Московскую 1-ю гимназию".


Краски радости и горя


"Мне было 14 лет. Я упросил отца брать меня с собой и помню, как я радовался, глядя на художников. Так я попал в мастерскую Маковского, где с удивлением увидел на мольберте образ Николая-угодника… Наконец отец взял меня к Сурикову. Пока отец разговаривал с Василием Ивановичем о "Меньшикове", я глазел по стенам. (В 1899 году отец мой иллюстрировал издание сочинений Пушкина, а Суриков делал иллюстрации к "Борису Годунову", "Петру I", "Полтаве" и "Метели"). В дверь выглянули черные глаза девочки, посмотрели они недружелюбно, даже неприязненно. Это были глаза (кто бы мог подумать) моей будущей жены". На смену отрочеству пришла молодость. В жизни Петра произошло радостное событие, о котором Василий Иванович Суриков написал своему брату Александру Сурикову: "Нужно тебе сообщить весть очень радостную и неожиданную: Оля выходит замуж за молодого художника из хорошей дворянской семьи, Петра Петровича Кончаловского. Фамилия хоть и с нерусским окончанием, но он православный и верующий человек" (январь 1902 года).

Из записок жены художника Ольги Васильевны: "10 февраля 1902 года мы с Петром Петровичем Кончаловским начали свой жизненный путь. После венчания в Хамовнической церкви мы уехали в Петербург и утром вышли на Знаменскую площадь такие веселые и счастливые, что, должно быть, обращали на себя всеобщее внимание".

"Мой отец ценил Петра Петровича и любил его, прекрасно к нему относился, несмотря на разные дороги в искусстве. Больше всего Суриков ценил в художнике чувство колорита и красоты и считал Петра Петровича за тонкого колориста".

Но жизнь дарила не только радость, на долю супругов выпали и тяжелые испытания. О них также оставила воспоминания Ольга Васильевна: "Летом в 1914 году наша семья и Суриковы поехали в Красноярск к дяде. На полдороги нас застало объявление войны. По приезде в Красноярск Петр Петрович пошел в призывной пункт… ему дали военную форму и лошадь. Пришлось выбрать громадную сильную сибирскую лошадь соответственно росту наездника. Помню, как его часть грузили на вокзале… и в темноту ушел последний красный огонек, я села в экипаж и поехала в наш родной дом, я все крепилась, но, приехав, так громко плакала, на весь дом рыдала, и только в этом был выход горю.

И вот начались три года горя, разлуки и беспокойства за каждую минуту. У меня есть большая карта, где помечен красным карандашом путь, сделанный Петром Петровичем верхом в походе: перешли границу, были в Германии, ушли, попали в Брусиловское окружение, вышли к Двинску и так до конца войны: почти по тем же местам. Редко приезжал Петр Петрович на побывку, но я пользовалась случаем хоть на один день увидеть его на вокзале, между поездами, это была такая радость!"


Прокофьев — друг, а Маяковский — нежеланный гость


Но черная полоса, тем более в истории целой страны, не бывает вечной. Пришло время вернуться художнику к творчеству, к общению с друзьями, в том числе и с другим нашим известным земляком, композитором Сергеем Прокофьевым. Вот что писала об этом Ольга Васильевна: "Много прекрасных портретов создавал с легкостью. Он писал композиторов, писателей, которых любил, актеров, ему близких. С Прокофьевым связано много, они оба сходились в своих представлениях о музыке, искусстве. Периодически он жил у нас в Буграх (дача Кончаловского, купленная им у профессора Трояновского). Это была такая радостная, наполненная жизнь. Петр Петрович писал его портрет под деревом. Они оба были такие веселые и счастливые.

Утром, "до кофе", Прокофьев делал большую прогулку по лугам и лесам, пастух играл на дудке, и это нравилось Прокофьеву. Потом он сразу садился за работу в своей комнате, изредка выходил и пробовал на рояле что-нибудь очень "рискованное". Петр Петрович описал эту жизнь в очерке о Прокофьеве".

Кончаловский запечатлел еще одного нашего земляка и своего родственника — Дмитрия Ивановича Иловайского, сделав портрет карандашом. Иловайский, чья семья владела угольными копями в Донбассе, был близким приятелем и однокашником Кончаловского по гимназии. Он родной брат Зинаиды Ивановны Иловайской, жены Дмитрия Петровича Кончаловского (историка, брата художника). Свой штрих к портрету знаменитого предка добавил внук художника, народный артист РФ Андрон Кончаловский: "Студеным зимним вечером в начале прошлого века в мастерской моего деда Петра Петровича Кончаловского собралась веселая компания: художники (в основном из "Бубнового валета"), музыканты, поэты. Софроницкий играл на рояле, Хлебников читал стихи, пока наконец не заснул на диване. Отопление не работало, горела буржуйка: времена были нелегкие, но все равно было весело. Компания согревалась грузинским вином, радостью общения…

Раздался звонок: Петр Петрович пошел открывать дверь. На пороге стояли Маяковский и Бурлюк. Маяковский был в своей знаменитой желтой кофте: из кармана вместо носового платочка торчала морковка. Дед окинул взглядом незваных гостей, сказал: "Футуристам здесь места нет!" и захлопнул перед их носом дверь. Такие были времена: эстетические конфликты разгорались и бушевали не менее страстно, чем политические.

Именно в этой мастерской на Большой Садовой, 10 в течение многих лет на антресолях и у стен стояли сотни прислоненных друг к другу натянутых на подрамники полотен. Как сейчас помню этот пронизывающий запах скипидара, горы выдавленных тюбиков, кисти, палитры и запыленные холсты. Выставлялись эти картины крайне редко: власти деда не жаловали за своенравный характер. Многих его работ никто не видел. Но не стану скрывать — я горжусь талантом своего великого предка".


В гармонии с природой


"С фотографий тех лет, — продолжает рассказ правнучка художника, журналист и публицист Ольга Семенова, — на меня смотрит высокий красивый мужчина с умным, проницательным взглядом. Я никогда его не видела. Но хорошо помню семейные рассказы о Петре Петровиче.

"А не поехать ли нам поучиться у мастеров в Париж (пункт назначения регулярно менялся: Рим, Испания, Капри)?" — задумчиво спрашивал Петр Петрович Ольгу Васильевну за утренним кофе, поглядывая в окно на заснеженную Москву. "Конечно, Петечка, — весело отвечала Ольга Васильевна. — Сейчас соберусь". И вечером того же дня вся семья — родители с небольшим чемоданчиком и саквояжем, Наташа в пелеринке и маленький Мишечка в теплом пальтишке — садилась в поезд, отправляющийся в Париж или еще дальше — в солнечно-апельсинную Италию. В Париже Ольгу Васильевну принимали за француженку. Говорила она без акцента".

"Первое лето моей мамы прошло в Буграх, в усадьбе Петра Петровича. Здесь Кончаловские проводили много времени. В конце страшных 30-х годов они уезжали из Москвы в начале апреля и оставались в усадьбе до глубокой осени. До Бугров (120 км от Москвы в сторону Обнинска) ехали четыре часа, с остановками и пикниками. Как только сидевший за рулем сын Петра Петровича превышал скорость 40 км в час, Ольга Васильевна строго говорила: "Миша, не гони!"

В просторном доме, сложенном в конце ХІХ века из широченных столетних сосен, пахло деревом, красками и антоновскими яблоками. Перед террасой неистово цвела сирень, без устали пели соловьи, и белел за окнами цветущий яблоневый сад. Кстати, прадедушка сам выращивал сирень и прекрасные розы.

В Бугры часто наведывались Прокофьев, Алексей Толстой, Машков, Лентулов. Молодой Рихтер, гостивший во флигельке, сохраненном за дочкой бывшего хозяина, закатав брюки до колен, в белой рубашке, прогуливался каждое утро босиком по высокой росистой траве. Творчеством была насыщена сама атмосфера дома. Было не принято говорить о деньгах. За столом не произносилось: "Ах, как вкусно!" — это считалось дурным тоном. Сюсюканье и слащавость вызывали иронию. Они радовались самым простым вещам — солнцу ("О-о! Пойдем на этюды!"), дождю ("Прекрасно, будем писать натюрморт"), горке свежего салата к ужину ("Как красиво. Какой сочный цвет!").

Живописи в этой семье было подчинено все: о ней велись разговоры, ей радовались, для нее жили. Каждый день Петр Петрович работал в мастерской в глубине сада — часто писал мою маму, ставшую любимой моделью. Закончив вещь, показывал Олечке — мнение жены было свято, она вела строгий учет картин, составляла каталоги. За сильный характер и умение держать дом родные прозвали Ольгу Васильевну "кулачком". С раннего утра, отправив Петечку и Мишечку на этюды, она руководила приготовлением обеда и уборкой, собирала мужу и сыну букеты для натюрмортов, занималась воспитанием внучки Кати.

Дисциплина в доме у Кончаловских была железная, дети не знали слова "не хочу". Ольга Васильевна с младенчества приучала их к одному: "надо". Если кто-то пытался канючить или капризничать, она лишь удивленно приподнимала брови и ледяным голосом тягуче произносила: "Что-о?!". И маленький бунтарь испуганно замолкал. В прабабушке гармонично соединились сибирская твердость характера и суриковский гений (от отца) и свободолюбие, женственность и бережливость (от рано умершей мамы — француженки Елизаветы де Шарэ). Всегда раскованная, всегда элегантная в своих по одному фасону сшитых платьях — длинных, приталенных, чуть расклешенных книзу.

Музыку в доме Кончаловских любили, Петр Петрович знал множество оперных арий и замечательно их исполнял, Ольга Васильевна с радостью аккомпанировала на пианино и считала, что и внучка должна, а маме милее всего были прогулки по окрестностям".


Ненаписанный портрет Сталина


"До революции, — продолжает рассказ Ольга, — у семьи Кончаловских были большая мастерская и просторная квартира на Большой Садовой. Комиссары в скрипучих кожанках предложили выбирать — квартира или мастерская. "Мастерская!" — не сомневаясь ответил Петр Петрович и поселился с женой и сыном Мишей в углу мастерской, отгороженном занавесками. Расщедрившиеся хозяева жизни оставили им и самую маленькую — метров 12 — комнатку в прежней квартире. Моей маме в той комнатке запомнились деревянная дверь с цаплями на матовом стекле, японский зонтик вместо абажура, с такими же цаплями, нарисованными черной тушью, и купания в настоящей ванне, которую ей ежедневно устраивали. Старшие Кончаловские, прописанные в мастерской, на эту роскошь права не имели и ходили по выходным в баню. А уж когда в конце 30-х Петр Петрович получил трехкомнатную квартиру в пятиэтажном квадратном сером доме на Конюшковской, то все почувствовали себя абсолютно счастливыми…

После ареста Мейерхольда, портрет которого в свое время написал прадедушка, ему предложили подписаться под клеветническим письмом, обвинявшим режиссера в антисоветской деятельности. Он отказался, хотя прекрасно понимал, чем это грозило… Любопытная история получилась с портретом Сталина. Когда было "выражено мнение", что хорошо бы Кончаловскому увековечить его образ, ответил: "С удовольствием. Когда можно будет встретиться с Иосифом Виссарионовичем для первого сеанса?". Ему объяснили то, что он прекрасно знал и сам — вождя с натуры писать нельзя, только с фотографии. Петр Петрович печально развел руками: "Какая жалость, видимо, ничего не получится — я пишу портреты только с натуры".

Петр Петрович и Ольга Васильевна — люди высочайшей культуры и безвозвратно забытого дореволюционного воспитания — не то что избегали новой жизни, вовсе нет — были выставки, вернисажи, встречи с коллегами, но сумели сохранить прежний стиль, привычки, обычаи и круг общения".


Подготовила Марина Пархоменко (Донецк)
"Киевский ТелеграфЪ" 1 - 7 августа 2008 №31 (429)


Добавить комментарий к статье


Добавить отзыв о человеке    Смотреть предыдущие отзывы      


Последние новости

2011-11-29. Топ-лотом русских торгов Sotheby's стала картина Петра Кончаловского
Главным лотом русских торгов Sotheby's, которые проходили в понедельник, 28 ноября, стала картина Петра Кончаловского "Татарский натюрморт". Об этом сообщается на сайте аукционного дома.

2010-09-16. В Третьяковке выставили около 100 картин Петра Кончаловского
В Третьяковской галерее заработала выставка картин художника Петра Кончаловского. Как передает радио "Маяк", посетители смогут увидеть около 100 полотен автора, дедушки режиссеров Никиты Михалкова и Андрея Кончаловского.

2010-03-29. Кончаловского и Сезанна объединили в Президентской библиотеке
В минувшие выходные в Петербурге открылись сразу две ретроспективы — известного "сезанниста" Петра Кончаловского (в русском музее) и классика постимпрессионизма Поля Сезанна (в Эрмитаже). Их объединила открывшаяся в Президентской библиотеке имени Ельцина международная конференция "Россия и "Глобальный эффект Сезанна 1900–1950", собравшая ведущих искусствоведов мира, сообщают "Новые известия".





Биография Кончаловского
Отзывы
Новости
Бубновый валет
Биографии художников
Российские художники
Рыбы (по знаку зодиака)
Знаменитые люди по имени Пётр


Ссылка на эту страницу:

 ©Кроссворд-Кафе
2002-2018
Рейтинг@Mail.ru     dilet@narod.ru