VII. Богатые австралийские скотопромышленники

Диего и Кардосо, обладавшие очень чутким сном, мгновенно проснулись, как только услыхали громкий выстрел, прервавший глубокую тишину, царившую в лесу. Они тотчас же встали, схватились за свой ружья и поспешно выскочили из драя, думая, что их лагерь подвергся внезапному нападению каких-нибудь дикарей.

-- Что такое случилось, сеньор доктор? -- спросили они у Альваро, стоявшего позади одного из деревьев со своим "снайдером" в руке в позе человека, собирающегося выстрелить

-- А это вы, друзья? -- сказал он совершенно спокойно.

-- Мы услыхали выстрел. Это вы стреляли? -- спросил Кардосо.

-- Нет, не я.

-- Как же так! -- воскликнул в высшей степени изумленный Диего. -- Разве у австралийских дикарей есть огнестрельное оружие?

-- Они слишком боятся ружей для того, чтобы решиться пускать их в ход.

-- Значит, это какой-нибудь белый охотник?

-- Я боюсь, что этот охотник весьма опасный человек, то есть бандит; мы слышали топот нескольких лошадей, несшихся галопом в ту сторону леса, но они умчались вдаль.

-- И вы думаете, что это шайка разбойников?

-- В этом не было бы ничего необыкновенного, Диего. Уверяю тебя, что ими переполнена вся Австралия, хотя работы золотопромышленников прекратились и теперь нельзя уже больше находить корзин с апельсинами.

-- Я вас не понимаю, сеньор доктор.

-- Я объясню это потом, Диего. А теперь постараемся, чтобы нас не застали врасплох.

-- Вы опасаетесь, как бы эти люди на нас не напали?

-- Все возможно...

-- Хотите, мы с Кардосо отправимся на разведку местности в той стороне, где вы слыхали выстрел?

-- Нет, друзья мои, эти мошенники могли выстрелить для того, чтобы завлечь нас в ту сторону и затем напасть на драй. Останемся лучше здесь под защитой фургона, который может служить нам настоящей крепостью, и приготовим митральезу. Имея такое оружие, мы можем противостоять пятидесяти врагам.

Совет был более чем хорош. Скрываясь в громадном драе, обшитом казуариновыми досками в два пальца толщины, и будучи вооружены страшной митральезой, способной в несколько минут выпустить целые сотни зарядов, они могли выдержать какую угодно осаду. Подкрепляя слова действиями, четверо наших исследователей влезли в драй, зарядили свою адскую машину, навели ее на лес и легли позади борта фургона, держа в руках ружья.

После выстрела и топота скачущих лошадей все стихло. Лес снова сделался безмолвным, щелкали только птицы-бичи да звонили птицы-часы, но тем не менее оба матроса, доктор и австралиец держались настороже и тщательно всматривались в темноту, боясь, чтобы ехавшие на лошадях неизвестные им люди не подползли к ним в траве и не спрятались бы за деревьями.

Прошло несколько минут мучительного ожидания, но не произошло ничего особенного. Действительно ли исчезли проехавшие всадники, или они остановились по ту сторону леса, -- никто не знал. Диего и Кардосо, желавшие выяснить этот вопрос, предлагали провести разведку, но доктор, боявшийся, что они могут попасть в засаду, воспротивился.

-- Подождем зари, -- говорил он, -- было бы слишком неосторожно идти ночью в лес.

-- Да скажите же мне, наконец, что это за буштрангеры? -- спросил Диего. -- Вы недавно упомянули о корзинах с апельсинами, о золотопромышленниках, о мошенниках, но я ничего из всего этого не понял.

-- Буштрангеры -- это разбойники, -- ответил доктор. -- На границах различных австралийских провинций, как я уже вам говорил, живут так называемые free electors -- свободные выборщики, то есть мелкие землевладельцы, всегда находящиеся во вражде с крупными землевладельцами, так как они имеют право выбирать любые места из владений крупных землевладельцев. Вспыхивающие между первыми и последними распри всегда оканчиваются выстрелами; тогда убийцы, чтобы избежать преследований полиции, которая всегда появляется в таких случаях, бросаются в огромные внутренние пространства, покрытые кустами, в буш, и становятся разбойниками. Таким образом, большая часть буштрангеров состоит или из мелких землевладельцев, или из земледельцев, зависящих от крупных земельных собственников и скотопромышленников, но между ними встречается также много беглых каторжников, последние наиболее опасны и смелы. Австралия, можно сказать, страна разбоя и грабежа. С того самого времени, как командор Филипп основал здесь первую колонию, разбойники всегда причиняли множество хлопот здешней полиции, так как почти все первые колонисты были каторжниками, составлявшими самые подонки английского общества. В эпоху открытия золотых россыпей разбойники стали так многочисленны, что представляли серьезную опасность: они даже собирались большими толпами на главных улицах и ожидали возвращения золотоискателей с целью отнять у них "корзины с апельсинами" -- этим выражением принято обозначать сбор самородков.

Они были так смелы, что смеясь вступали в бой с нападающими на них полицейскими. Некоторые из их предводителей создали себе своими удачными грабежами зловещую славу. В Мельбурне и в Сиднее до сих пор помнят о шайке Келли, состоявшей из братьев Эдуарда и Неда Келли и из нескольких других бандитов. Они были так дерзки, что решились ограбить мельбурнский банк, составляющий отделение европейского. Было украдено более пятидесяти тысяч франков.

-- Что же, их потом поймали? -- спросил Диего.

-- Да, они попались в руки полиции в 1860 году. За их поимку была обещана премия в сто тысяч франков, поэтому полисмены выслеживали их очень усердно и в конце концов все-таки накрыли их в одной гостинице. Бандиты оказали чрезвычайно энергичное сопротивление и предпочли сжечь себя живьем, лишь бы не сдаться, тем не менее одного из предводителей, а именно Эдуарда Келли, удалось схватить живым, и он был повешен вместе со своей сестрой, красивой смелой девушкой, снабжавшей всю шайку съестными припасами.

Другого знаменитого бандита звали Брейди, он жил гораздо раньше братьев Келли и в продолжение довольно долгого времени нагонял ужас на всю Южную Австралию. Он был силен, хитер, смел и издевался над полицией, ускользая из всех расставляемых ему ловушек. Брейди заставлял совершить убийство каждого человека, являвшегося к нему с целью поступить в его шайку, из боязни принять к себе полицейского агента. Рассказывают также один удивительный случай, произошедший с одним несчастным арестантом, бежавшим в австралийские леса и встретившимся там с Брейди. Последний принял его за шпиона и заставил выпить бутылку опиума. Думая, что он отравился, разбойник и его товарищи удалились, но два дня спустя снова встретили этого человека-

-- Как! -- воскликнул Диего, очень внимательно слушавший рассказ доктора. -- Неужели он не умер от такого снадобья?

-- Нет, так как доза была чрезвычайно сильна, то у него началась рвота, и он отделался тем, что проспал около тридцати часов. Можете судить, как были изумлены разбойники, найдя его живым. Брейди не был великодушен, он не пощадил несчастного, а напротив, накинул ему на шею веревку и повесил на дереве. Несчастный, борясь со смертью, обломил сук и упал живым.

-- Гром и молния! -- воскликнул Диего. -- Да у этого беглеца была очень толстая кожа.

-- Подожди немножко, Диего. Брейди, отошедший еще не очень далеко, услыхал, что ветвь сломалась, оглянулся и увидел, что несчастный стоит на ногах. Выйдя из себя, он схватил пистолет и выстрелил ему в лоб. Не знаю, поверите ли вы, но этот человек не умер и на этот раз!

-- Да он, верно, был заколдован против смерти? -- спросил Кар-досо.

-- Видно сам черт не хотел его к себе принять, -- заметил Диего.

-- Дело было так, как я вам рассказываю. Он выздоровел, так как пуля скользнула по черепу, и бедняга прожил еще много лет. Мореплаватель Ла-Плас, капитан "Фаворита", упоминает в своих путевых заметках, что говорил с этим несчастным беглецом и собственными руками ощупал рубец, оставленный пулей Брейди.

-- А в городах здесь тоже много воров?

-- Более чем где-либо в другом месте, Кардосо. Хотите, я вам представлю пример, друзья мои, показывающий, как велико число мошенников, кишащих в австралийских городах? Один англичанин привез из Индии бенгальца в качестве слуги и поселился в Мельбурне. Некоторое время спустя он заметил, что слуга уже не так честен, как был прежде, и что он украл у него мешочек скуди. Когда англичанин стал его в этом упрекать, индиец ответил ему совершенно хладнокровно:

"Чего же вы хотите" Такова моя судьба! Вы меня привезли в страну мошенников, так и я сделался мошенником, да и вы сами тоже им станете, если не поторопитесь отсюда уехать!"

-- Ну и хитрец же этот индиец! -- воскликнул старый моряк, разражаясь смехом.

-- Но в его словах очень много правды.

В эту минуту за лесом снова послышался топот нескольких лошадей и человеческие голоса.

Диего и Кардосо не могли спокойно оставаться на месте; они выскочили из драя и начали вглядываться своими зоркими глазами в глубокий мрак, царивший под густыми сводами деревьев.

-- Тысяча громов! -- воскликнул старый моряк. -- Я хотел бы видеть хоть одну рожу из этих знаменитых буштрангеров. Ты ничего не видишь, дружище?

-- Молчи, старина.

В лесу послышался глухой треск, как будто кто-то шел по сухим ветвям, а затем раздался целый концерт, состоявший из лая и рычания, приближавшийся, казалось, со стороны реки.

-- Кто идет? -- вскричал старый моряк, взводя курок.

-- Эй, джентльмен! -- закричал ему в ответ голос из темноты. -- Нельзя ли спросить у тебя, кто ты такой и что ты тут делаешь? Клянусь Богом, если ты надеешься найти здесь корзину с апельсинами, так предупреждаю тебя, что у меня есть доброе ружье, но ни единого гроша в данную минуту" Обернись-ка лучше назад!

-- Черт побери! -- воскликнул старый моряк. -- Да вы, кажется, принимаете меня за разбойника, сеньор? Посмотри-ка, Кардосо, неужели у меня разбойничья рожа?

Эти слова, произнесенные на довольно чистом английском языке, заставили весело расхохотаться находившегося в лесу незнакомца.

-- Прошу у вас извинения, джентльмены, -- сказал он, -- но мы находимся в дикой местности, посещаемой только достопочтенными членами разбойничьего клуба.

-- Но мы честные путешественники, сеньор...

-- Кинг, -- подсказал тот.

-- В таком случае будьте столь любезны, потрудитесь показать нам вашу физиономию, или я пошлю вам привет в виде конической пули.

-- Ну, вот и я, шутник вы этакий!

При этом из леса выехал человек, сидевший верхом на изумительно прекрасной лошади, с очень длинной гривой.

Это был высокий молодой человек лет двадцати пяти, одетый в костюм из грубого серого полотна и вооруженный ружьем. Позади него показалось пятнадцать или двадцать баранов, начавших неистово блеять при виде драя, а в лесу послышались протяжное мычание, блеяние и лай собак.

Доктор, также подошедший в это время к своим товарищам, спросил у всадника, откуда он и куда едет.

-- Мы идем с гор Смита, -- сказал Кинг, -- и возвращаемся к югу. Солнце высушило все луга и ручьи, так что наши животные не находят ни пищи, ни питья. Внутренние земли континента, кажется, скоро превратятся в бесплодную пустыню.

-- А много с вами голов скота?

-- Пять тысяч баранов и тысяча двести голов крупного скота.

-- Вероятно, эти стада принадлежат какому-нибудь богатому скотопромышленнику?

-- Доктору И. Дж. Брауну [*].

[*] - В 1877 году доктор Браун организовал экспедицию, которая должна была перейти через австралийский материк. Это выдающееся путешествие было совершено А. Дж. Вудон и Жюлем Артуром и их спутниками; они взяли с собой двенадцать тысяч баранов, три тысячи быков и триста лошадей. Они потратили на это путешествие два года и потеряли при этом несколько человек и несколько сотен животных. -- Примеч. автора.

-- Это самый богатый скваттер Австралии, я его знаю, сеньор, и если вы его увидите, так поклонитесь ему от доктора Альваро Кристобаля и скажите ему, что встретили меня у реки Стивенсон.

-- Так как вы его знаете, сэр, то потрудитесь принять от него пару баранов, он будет очень рад вам их предложить

-- Благодарю вас, друг мой.

-- А теперь желаете вы выслушать от меня совет? Если вы направляетесь к северу, то поторопитесь, а то вы не найдете там ни одного источника. Прощайте, джентльмены, желаю вам счастливого пути.

Сказав это, он пригнал к драю бичом двух крупных баранов, потом снова въехал в лес и ускакал.

-- Щедрый малый, нечего сказать! -- воскликнул Диего. -- Черт возьми, он дарит баранов, словно это простые сухари.

-- У его хозяина их слишком много, Диего. Он владеет на юге и на востоке страны чудес, то есть Австралии, семнадцатью большими скотоводческими фермами, причем каждая из них приносит ему не менее пятисот тысяч франков годового дохода. Это -- самый богатый из австралийских скотопромышленников.

-- Но зачем же пастухи заходят так далеко? -- спросил Кардосо.

-- Они ищут новые пастбища. А теперь вернемся-ка в драй и предоставим пастухам и их стадам продолжать путь, если только вы не желаете присутствовать при их проходе.

-- Я предпочитаю идти спать, -- сказал старый моряк. -- Воспользуемся временем, пока оно у нас есть.

Они возвратились в драй, и несколько минут спустя все трое уже храпели, тогда как в лесу и над рекой продолжало раздаваться блеяние баранов и мычание быков и слышался лай пастушьих собак.

VII. Богатые австралийские скотопромышленники